На главную
 


 
 
Я родилась в Москве, когда ещё по Таганке ходили трамваи, а в многочисленных подворотнях стояли каменные тумбы - лошадей привязывать. И местные жители, и вся моя родня очень редко говорили, как сегодня произносят все 'на Таганке', говорили 'в Таганке'. Я и теперь говорю: родилась в Таганке.

Наличие самоотверженной бабушки избавило меня от посещения детского сада, о чём я всегда очень сожалела, зато наградило долгими прогулками по старым переулочкам и нередкими заходами в покосившиеся особнячки, в гости к бабушкиным подружкам и многочисленным тётушкам. Особую прелесть этим прогулкам придавали бабушкины рассказы о жизни в Рогожской слободе, где прошли её молодые годы, о старообрядце-отце, моём пра-дедушке, о рано умершей матери, о женихах и 
подружках. Бабушка не имела никакого образования, но была очень яркой личностью, как сейчас бы сказали -
креативной, и все жильцы нашего старого таганского дома ходили к ней за советами. После гибели на фронте мужа она осталась одна, и главной целью её жизни было вырастить и выучить двух дочерей.

Это ей удалось - обе получили высшее образование. Моя мама, которой сейчас уже 81 год, {биохимик, кандидат наук, человек большого ума и острого языка, в своём солидном возрасте интересуется всеми про-исходящими событиями, ходит на выставки, много гуляет . по Москве, а недавно ещё стала учить английский, не пропуская уроки на канале 'Культура'.

В семь лет меня определили в восьмую немецкую спецшколу в 5-м Котельническом переулке, которая стала моей любовью на всю жизнь. Перед школой, по жёсткому ультиматуму бабушки и несмотря на сопротивление в ту пору убеждённой материалистки мамы, я была крещена в одной из подмосковных церквей.
 

http://monlib.ru/component/content/article/1338 Взято отсюда и отсюда

Иконы из старого шкафа

Редакция наша на Таганке, мы земляки с Ольгой МОРОЗОВОЙ. Вся её жизнь связана с этим старинным московским районом, и именно здесь корни её родословной. И когда мы узнали, что Ольга занимается 'та-ганским краеведением', попросили немного рассказать об этом.

Мне очень повезло с одноклассниками - такого количества звёздных личностей, собранных в одном месте, я больше никогда не встречала - мы до сих пор дружим, встречаемся и стараемся помогать друг другу. В поисках спутника жизни мне не пришлось обшаривать земной шар - я вышла замуж за ровесника из параллельного класса, обитателя знаменитой высотки на Котельнической.

Мы вместе уже тридцать один год, наши дети - сын и дочка - окончили ту же школу и учились у наших же учителей. Вся наша семья - фанаты Таганки.
Всю жизнь я ощущала потребность в творчестве, но лишь в последние годы появилось для этого не только свободное время, но и смелость попробовать свои силы в разных направлениях. Результатом стало преображение старого садового участка с непонятными грядками в 'райский' сад с чудесными цветами, прудиками и массой пернатых обитателей. А ещё начала заниматься росписью по стеклу и декорированием.

  Но главное - я стала собирать материалы о своей семье, о своём районе, о соседях, о предках, о детстве, о друзьях, чтобы осуществить мечту моей жизни в* написать книгу обо всём этом, а значит o родной Таганке.Началось всё в далёком детстве, когда я, ещё совсем кроха, обнаружила в старом дубовом шкафу

перевязанные шерстяными платками стопки икон. На все мои расспросы бабушка отвечала уклончиво, рассказав лишь, что дед был иконописцем, родом из знаменитого села Мстёра, и эти иконы когда-то принадлежали ему. Много позже я поняла молчание бабушки - из-за обрушившихся на семью репрессий её всю жизнь сопровождал страх, и она считала, что лучше единственной внучке поменьше знать о своих предках.

Ну а шкаф был любимым местом игр все мои дошкольные годы, и я до сих пор помню запах, исходивший от металлических окладов...
 


Бабушка регулярно ходила в единственную действовавшую тогда в Таганке церковь Успения в Гончарах (подворье Болгарской Православной Церкви в Москве). Она твёрдо верила, что раз подворье болгарское, то его священники не состоят на службе у чекистов. Одно из самых ярких моих детских воспоминаний - это бесконечная вереница старушек в серых пуховых платках, с алюминиевыми бидончиками, стоявших на жутком крещенском морозе вдоль всего 5-го Котельнического переулка за святой водой. Этот маленький храм для меня был каким-то волшебным царством, где уютно горели свечи, пахло ладаном, а со стен смотрели знакомые по иконам в шкафу лики.
Позже, когда я уже училась в школе и комсомольское воспитание сделало своё дело, я перестала ходить в храм и даже посмеивалась над бабушкой, а церковь воспринимала исключительно с художественной и исторической точек зрения.


Воспоминания о старом шкафе всё же не давали покоя, и, будучи уже человеком взрослым, я решила побольше узнать о своих корнях, но к тому времени бабушки не было в живых, иконы подарены в Успенский храм, и лишь со старых фотографий смотрели на меня красавица-прабабка и прадед.

Я начала свои поиски, и первое, что нашлось, это рекламное объявление в книге 'Вся Москва' за 1901 год, которую кто-то совершенно бескорыстно выложил в Интернете. Объявление гласило: Александр Петрович Морозов, ул. Семёновская (бывшее название Таганской), дом Воробьёва, Продажа икон и киотов. Я заворожённо смотрела на маленький квадратик и не могла насмотреться...
(по книге "Вся Москва 1901 г. )
С этого начался нелёгкий путь восстановления истории семьи.
Про Александра Петровича Морозова (мне он приходится прадедом, а внуки называли его Дедом Морозом) мама рассказывала как о настоящем сказочном дедушке, который на ходу сочинял стихи и громко
  их декламировал. К тому времени, как родилась моя мама, к началу 30-х, дед успел посидеть в Таганской тюрьме , лишился, конечно, всех своих сбережений и работал сторожем в Парке имени Прямикова. Там он ухаживал за яблонями и угощал яблочками таганскую детвору - в военное время единственные доступные детям фрукты. Если кто бывал в этом парке - теперь он называется Таганский детский парк, а мы, дети, его звали исключительно 'Паркпряник' в одно слово (что было понятно всем детишкам, в отличие от какого-то Прямикова), то, может быть, видел в конце главной аллеи, у выхода в Факельный переулок, две совсем старые яблони, доживающие свои дни, - они остались от того сада, снабжавшего таганскую детвору витаминами.

О жизни А. П. Морозова в Мстёре, к сожалению, узнать не удалось практически ничего. Но известно, что уже в конце XIX века он переехал в Москву и поселился в доме у Таганской площади. Это был доходный дом, принадлежавший известному купцу М. Воробьёву, имевшему в Таганке обширные владения.
 
Торговля иконами шла хорошо, и вскоре дед надумал жениться. Его избранницей стала Мария Фёдоровна Орлова - с её отцом, имевшим ювелирную торговлю, он вёл до его кончины совместные дела. После смерти Орлова дела в фирме быстро пришли в упадок, потому как вдова, привыкшая к обеспеченной и беззаботной жизни при муже, не хотела, да и не умела вести бизнес. Давая согласие на брак дочери с солидным и предприимчивым мужчиной, Наталья Орлова рассчитывала поправить материальное положение семьи, да и пристроить дочь в надёжные руки. В то время Марии ещё не было и восемнадцати, Морозов был старше на шестнадцать лет. Эта разница в возрасте и воспитании, видимо, усложняла их семейную жизнь. Позднее Мария Фёдоровна, рассуждая о своём браке, убеждала всех, что нельзя выходить замуж за старика, - так хочется веселья и развлечений, а у пожилого мужа совсем другие интересы. Недостаток веселья в

 
доме Мария Фёдоровна компенсировала, играя на бегах. Компанию ей составляла соседка по дому Мария Ивановна Аласова.Я вглядываюсь в старую фотографию, на которой прадед с прабабкой. Он -солидный мужчина с бородой, а она - будто еле сдерживает смех. Как хотелось бы хоть на минутку оказаться с ними рядом! Фотография была сделана в студии известного фотографа Львова в доме церкви Николы на Нижней Болвановке. Это та самая церковь за метро 'Таганская'-кольцевая, которая и по сей день служит главным украшением площади.

 

Судьба детей Морозовых - Владимира, Сергея, Николая, Екатерины, Марии - типичны для послереволюционных лет. Владимир, по всей видимости, принял революцию. Об этом свидетельствует грамота Революционного совета от 1927 года. В 1930-е годы он работал в нашем доме управдомом, по рассказам мамы, был жёстким, но честным и справедливым, за что, по-видимому, и написали на него донос те, кого это не устраивало. Расстрелян в 1937-м. Мой дед Сергей Александрович был арестован в один день с Владимиром и умер в лагере. Оба были репрессированы по доносу некоего товарища Рябухина, имевшего виды на должность управдома, а заодно и на занимаемые Морозовыми с дореволюционных времён две квартиры. По его доносу в одну ночь из дома забрали 16 человек, в том числе и жену Владимира Александру.

[1] В 1939 году, когда после выхода статьи Сталина о перегибах произошло некоторое ослабление репрессий, кое-кого из арестованных тогда отпустили. Но к тому времени Владимир уже погиб, а мой дед Сергей, работая на рудниках в Мончегорске, был практически при смерти . От него  осталась крохотная фотография, присланная из тюрьмы маленькой дочери, моей будущей маме. На обратной стороне почти выцветшая надпись: 'На долгую и добрую память! Милая моя Машенька! Помни обо мне и знай, что твой папка тебя очень любит. Если б вы знали как мне тут плохо без вас. Будь счастлива! Это, наверное, моё последнее письмо к вам'. Каждый раз, когда беру её в руки, становится страшно, и совершенно невозможно осознать бессмысленность гибели множества ни в чём не повинных людей.

Восстанавливая историю жителей нашего старого дома, я поняла, что зло, чинимое Людям, обязательно отразится на судьбе сотворившего его человека. Сам товарищ Рябухин был расстрелян за ложный донос, одного его сына убили в драке, другой погиб от пьянства. Род доносчика Рябухина прекратился.

Сестра моего деда Екатерина после революции работала на ЗИЛе, была передовиком производства, родила дочь, и сейчас в Москве живут пятеро её праправнуков.

Екатерина, я думаю, и в те революционные времена оставалась глубоко верующим человеком. В Центральном историческом архиве Москвы сохранились исповедальные ведомости церкви Воскресения Словущего в Таганке, прихожанами которой были практически все жители дома Воробьёва, в том числе Морозовы.

Просматривая эти списки, я увидела, что вся семья до 1917 года регулярно ходила исповедоваться, но после революции уже почти нет записей о посещениях исповеди прихожанами, и лишь Екатерина Морозова облегчала свою душу исповедью аж до 1921 года. Может быть, она и после этого оставалась прихожанкой храма, но исповедальные ведомости за более поздний период или не сохранилось, или просто не велись.

Другая сестра деда, Мария, была художницей, окончила Строгановку, вышла замуж за однокурсника, художника Леонида Зверева, вместе с которым в 1920-е годы занималась реставрацией церквей в приволжских городах. Позднее преподавала живопись в школе.

Ещё один сын А. П. Морозова, Николай, воевал в Пер
вую мировую, а после революции купил пасеку и дом в подмосковном Хотькове, занимался пчеловодством и охотой.  
Брат Владимир.В 30-х годах закончил школу управдомов Ждановского района г.Москвы.По доносу некоего Карпова,желавшего занять его квартиру,был арестован, умер в лагерях.

 Моя прапрабабушка,Орлова Наталья,мать Марии Федоровны Морозовой-фотография, случайно найденная у родственников
Вам можно позавидовать...какие замечательные фотографии и как их много... Ваши пра очень красивая пара, Мария Федоровна -красавица! Дедушка похож на свою маму и выглядит очень современно... Какое счастье, иметь возможность всматриваться в родные лица своих предков.
rittas
Сама я удивилась,как после постоянных обысков и арестов что-то удалось сберечь.Но это фактически из трех линий. У Николая детей не было и не знаю я,куда все делось. Потомки Марии сильно разбросаны и у кого семейные реликвии пока не знаю.

Семейная легенда гласит, что Николай влюбился в красавицу Капитолину, обитательницу публичного дома , куда её продала собственная мать, когда девочке было 14 лет. Моя мама вспоминает, что у Капитолины были совершенно потрясающей синевы глаза и они так завораживающе сияли, что невозможно было от них оторваться. Николай  умер от туберкулёза задолго до Великой Отечественной войны. А Капитолина прожила довольно долго и, по рассказам моей мамы, пользовалась неизменным успехом у мужчин.

Когда я родилась, от былых времён семье остались две комнаты в ставшей коммунальной квартире да дубовая мебель с абрамцевской резьбой Массивный буфет украшали остатки кузнецовского сервиза с монограммой Марии Фёдоровны, простенки между окнами занимали чудесные зеркала в изогнутых рамах с подзеркальниками на витых ножках, в углу - изящная этажерка со старыми книгами.

У меня до сих пор стоит перед глазами картина, как в 1972 году рушили огромной чугунной бабой угол нашего дома, а когда обвалилась стена, мой друг, старый шкаф, открылся взору всей площади, да и сам посмотрел

на неё на прощанье. Увы, в новенькой многоэтажке не было места для столь изысканной, но чересчур массивной мебели.

И всё же! Пусть многие из нас были выселены в свои бирюлёва и перова, пусть оккупировали Таганскую площадь всевозможные клубы и бистро, дух Таганки не утерян. Стоит свернуть в переулочек - и покажется, что время остановилось , что вот-вот выскочит из повозки румяная прабабка, а прадед откроет засов своей иконной лавки.

И пока есть те, кто помнит о своих корнях, кто может ещё рассказать своим внукам и правнукам о тех бурях и невзгодах, что выпали на долю старших поколений, кто по крупицам восстанавливает историю своих семей, - Таганка жива. Если каждый из нас будет знать и помнить историю своей семьи, хранить лучшее, чем славились предки, чтить их память, наша история, история России будет продолжаться.


Александр Петрович Морозов, ул. Семёновская (бывшее название Таганской), дом Воробьёва, Продажа икон и киотов
Хозяин иконной лавки на Семеновской(нынеТаганской ул.) в доме Воробьева .(по книге "Вся Москва 1901 г.)
Родом из Мстеры.Был женат на Марии Федоровне(девичья фамилия неизвестна). У них было 5 детей:Николай,Владимир, Александр, Екатерина и еще одна дочь. Умер около 1940-го г.
Екатерина была художницей,жила в Абрамцево. У Александра-одна дочь, Марияу нее дочь- Ольга,у нее двое детей-Александр и Наталья.
У Владимира-дочь Маргарита, (умерла 2005 г. у нее детей нет,) и сын-Евгений (умер)-у него есть сын. У Екатерины были дочь-Нина, у нее дочь-Евгения,у нее трое детей- Ольга, Наталья,Дмитрий, и вторая дочь- Наталья ( детей не было).
Судьба потомков Николая Александровича и второй дочери Александра Петровича неизвестна.
В семье хранились иконы и оклады из Мстеры. В 60-е годы были подарены в церковь Рождества на Таганке.
Александр Петрович был из богатой крестьянской семьи из Мстеры.
Это был целый клан Морозовых. Занимались торговлей знаменитыми мстерскими иконами .
Мария Федоровна была из рода Орловых. Федор Орлов-купец 1-й гильдии, имел ювелирное дело. У него была единственная дочь- Мария. Когда он умер, дела в фирме пошли плохо,вдова не умела заняться делом,а только развлекалась и фирма была на грани разорения. В это время Морозов Ал.Петр., который был партнером по бизнесу, сделал предложение Марии Орловой. Ей тогда было 15 лет,а ему за 30.

 

В старости она говорила всем, что никогда нельзя выходить замуж за старика, т.к. хочется веселья и развлечений, а мужу это неинтересно.
Недостаток веселья Мария Федоровна компенсировала, играя на бегах. На брак потребовалось разрешение патриарха. Таким образом, Ал.Петр, вошел в семейное дело. Но к тому времени оно уже стало затухать. По книге 'Вся Москва за 1901 г.'-у него значится иконная лавка по адресу :ул.Семеновская ,дом Воробьева.
По рассказам родственников, у Орловых была грамота Петра 1, в которой говорилось о дарованных правах и привилегиях. Во время обыска в 20-х годах чекисты искали именно эту грамоту, но ее уже не было. Помню, что бабушка рассказывала, как они жгли документы, боясь обысков.
.


Судьбы их детей сложились печально. После лагерей из пятерых детей остались в живых только две дочери. Сама Мария Федоровна и ее муж умерли перед войной.
В семье у нас хранилось большое количество мстёрских икон, но 1965 г. моя бабушка подарила их в церковь Болгарского подворья на Таганке. В квартире была мебель из абрамцевских мастерских,но вся она была оставлена при переезде на другую квартиру, т.к. ее даже сдвинуть с места было тяжело,а не то,что перевозить.Сейчас, конечно,мы с мамой очень об этом жалеем . От Марии Федоровны у нас осталось несколько тарелок с ее монограммой.Это все, что уцелело в страшную эпоху. А также остались эти милые сердцу фотографии
У Морозовых было 5 детей: Владимир, Сергей, Николай, Екатерина, Мария. 

Владимир сгинул в лагере в 1937 г., мой дед Сергей Александрович был арестован в один день с Владимиром и тоже умер в лагере от

 

туберкулеза в 1943 г.
Мария была художница,окончила Строгановку. У Екатерины было две дочери.
Мой дед-Сергей Морозов на руках у матери.


А это дед уже взрослый

Брат Николай

Сестра Екатерина уже
в возрасте, работала
на ЗИЛе, похоронена
на Калитниковском
кладбище в Москве















Брат Владимир.В 30-х годах закончил школу управдомов Ждановского района г.Москвы.По доносу некоего Карпова,желавшего занять его квартиру,был арестован, умер в лагерях.

Моя прапрабабушка,Орлова Наталья,мать Марии Федоровны Морозовой-фотография, случайно найденная у родственников
Вам можно позавидовать...какие замечательные фотографии и как их много... Ваши пра очень красивая пара, Мария Федоровна -красавица! Дедушка похож на свою маму и выглядит очень современно... Какое счастье, иметь возможность всматриваться в родные лица своих предков.
rittas
Сама я удивилась,как после постоянных обысков и арестов что-то удалось сберечь.Но это фактически из трех линий. У Николая детей не было и не знаю я,куда все делось. Потомки Марии сильно разбросаны и у кого семейные реликвии пока не знаю.


Последняя прямая мужская линия Морозовых:
Внук Владимира Александровича-Валерий со своим внуком. Живут в Серпухове.
Неожиданно оказалось,что у родственников хранятся крохотные осколки прошлой жизни.
Вот открытка,посланная Марией Александровной Морозовой своей матери Марии Федоровне в 1914 году из г. Плеса.
Текст гласит:
Мамусикъ,дорогой,какъ здесь хорошо.С утра,мы: т.е. Орловы, Леонид и я приехали сюда на ярмарку и вот я собралась написать.Все живы и здоровы, я очень счастлива,готовься к свадьбе.
Мария
Мария и ее жених Леонид Зверев окончили Строгановку, оба были художниками. Что это была за поездка,конечно, уже никто не знает,но,видимо,вскоре после нее была свадьба Леонида и Марии.
Наконец-то, и в моих поисках произошло интересное совпадение ! Оказалось,что предок MariaG ,священник Николай Красновский, крестил дочь Марии Фёдоровны Морозовой, Екатерину,и его подпись стоит в метрической выписи из Воскресенской церкви на Таганке. А заметила это IrinaFM, когда внимательно разгладывала сохранившиеся у нас документы.
Вчера выяснилось,что и все остальные дети были крещены в церкви Воскресения Словущего на Таганке. И ,даже,нашёлся ещё один сын, самый младший, Михаил,только прожил он всего несколько месяцев.
Что интересно,что семейные рассказы подтверждаются архивными поисками: Мария Фёдоровна, действительно, была на 13 лет младше мужа, рано вышла замуж (по рассказам бабушки в 15 лет,но точно пока не знаю), а в 18 у неё родился первый ребёнок.
Благодаря неутомимому ангелу-хранителю нашего форума, Татьяне Львовне Грачёвой, и провидению Божию я в одночасье стала обладательницей полного генеалогического древа по линии моего прадеда, Александра Петровича Морозова.
А дело было так. Написала мне Татьяна,что разыскивает меня женщина,имеющая корни в Мстёре, и почему-то вышла на Татьяну.а не на меня. Таня дала ей мой телефон и мы созвонились. Я как-то не очень верила в успех мероприятия.учитывая.что уже куча МОРОЗОВЫх откликалась на мои поиски. Но тут было дело такое-МОРОЗОВЫ из Мстёры,а Мстёра-не такой уж большой городок.
Оказалось, что Марина давно занимается поисками по МОРОЗОВЫм во Мстёре, была и в тамошнем музее,в котором я оставляла свои координаты,ежели кто искать будет, и даже оставляла фотографии МОРОЗОВЫх.Но они ей ни слова не сказали об этом.
Сейчас Марина нашла в архиве недостающие звенья нашего общего с ней родословия. Оказалось, что дед и бабка моего прадеда, Александра Петровича Морозова, у которого,собственно ,и была иконная лавка в Таганке,являются дедом и бабкой её прадеда.
По нашей линии МОРОЗОВЫ-все старообрядцы. Удивительная женщина, Марина, собирает мстёрских МОРОЗОВЫх, а недавно даже сняла фильм о Мстёре и её обитателях.
Такие вот сюрпризы иногда преподносит судьба.
 

19-22 июля 2016 года на телеканале "Культура" состоится премьера цикла документальных фильмов о Мстёре ( начало в 15:10 ):
 
 

Анимация Разные надписи, картинки Разные надписи бесплатноГостеваяАнимация Разные надписи, картинки Разные надписи бесплатно

В приложении (Писцовые книги слободы Мстеры) Голышева И.А. 'Богоявленская слобода Мстера. История ея, древности, статистика и этнография' высказано мнение, что впервые Сеньковы упоминаются как жители Мстеры в 1628 году. '...быв будто предки наши города Вышнего Волочка Новогородской губернии поселены в Богоявленской слободе, Мстере тож Вязниковского уезда. В какое время перешли из Вышнего Волочка, может тогда, когда было военное время, были за графом Петром Ивановичем Паниным, потом 1797г. в приданстве за Паниной к Тутолмину.

https://ok.ru/video/1759596843372